Детский психолог: ожидания и реальность (родителям читать обязательно)

Все проблемы детей из-за нас – взрослых! Очень хочется написать именно так, сильно преувеличивая наше влияние. Для того, чтобы родитель, который будет читать, зацепился за эту фразу некоторым внутренним возмущением: «Как это из-за родителей! Так уж и все! Да сколько можно все на бедных родителей вешать!». И внимательно отнесся к тому, что написано ниже.

Если быть последовательным, то конечно не все проблемы детей проистекают из семьи, но точно очень многие! И нам, родителям, так неуютно от этой мысли, что хочется быстро ее забыть. Мы ведь не хотим нашим детям ничего плохого, мы любим их и воспитываем так как можем, стараясь изо всех сил!

И все-таки! Это мы, взрослые, живем под давлением идей эффективности и успешности, заполонивших умы современных людей. Это нам, взрослым, кажется, что надо как можно больше всего сделать, усвоить, охватить, а то…. опоздаем, не успеем, не достигнем! И эта тревога неизбежно перетекает в наши отношения с детьми и выливается в требование посещать несколько кружков, прыжки на батуте, бассейн и, конечно, учить английский язык. Современный школьник по 3-4  часа выполняет домашнее задание, времени свободного у него не остается абсолютно ни на что. Внутреннее напряжение у детей зашкаливает, своего личного пространства нет, все возложено на алтарь иллюзорной успешности. За родительские страхи и тревоги расплачиваются наши дети.

Повсеместные жалобы родителей школьников: ничего не хочет, ничем не интересуется, в школу ходить не хочет, замкнут, тревожен, напряжен, не уверен в себе, часто добавляются психосоматические симптомы (нервные тики, самоповреждения), с родителями не откровенен, на разговоры по душам не соглашается…

Любящие, небезразличные взрослые бьют тревогу!

Приходит на консультацию семья. Внешне очень благополучная, успешно работающие родители. Два сына. Старший мальчик в 7 классе, маму перерос, голос ломается. Он уже в полной мере чувствует на себе груз родительских ожиданий и ему откровенно говорят родители, что он с ними не справляется. На соревнованиях по плаванию не показывает нужный результат. Не проявляет желаемого рвения и настойчивости и в других направлениях своей мальчиковой жизни. На мой вопрос: «А что – должен?». Родители смотрят на меня с укором и недоумением. Получив ответ, я, признаться, растерялась: «Конечно должен. Мы же его радуем приятными покупками. И ждем, что он нас порадует своими успехами!».

Младший мальчик еще ходит в детский сад, ему многое прощается, с ним сложностей у родителей нет. Он смотрит, широко распахнув глаза, на родителей и все подмечает. Что же он видит? Какое послание родители шлют младшему своими отношениями со старшим сыном? Но на эти вопросы пока ответов никто не ищет. В семье проблема – старший не показывает нужной целеустремленности и не стремится к наилучшему результату, не уверен в себе и часто безынициативен.

На одной из первых встреч предлагаю родителям вместе с мальчиками сконструировать какую-нибудь постройку из бумаги и картона. Не буду приводить весь ход эксперимента и выводы из него. Но один комментарий мне кажется очень показательным. Мама, указывая на то, что сделал старший сын, говорит, что когда смотрит на его часть работы, видит, что он сделал все небрежно, не старательно. А он вообще то очень способный, если бы захотел, то соорудил бы тут целый замок!

Обращаю ее внимание, на то, что я видела: вклад мальчика в общее дело был значительным, он активно помогал и родителям, и свою линию поведения вел, проявляя фантазию. И в целом, похоже, получал удовольствие от процесса совместного творчества. Меня удивляет, что она видит вклад сына, как несущественный. Спрашиваю, как она думает, о чем это может быть? На какой-то миг мама задумывается и говорит: «Это я так считаю, это только я так вижу, а может это на самом деле и не правда?».

Они хорошие люди и любящие родители, они не жалеют времени и денег на своих детей, хотят понять, что происходит и обращаются к специалистам за помощью. Низкий поклон им за их родительский труд. Просто они попадают в ловушку своего собственного восприятия. Они видят своего сына искаженно, через проекцию на него своей неуверенности и тревожности. И возникает вопрос, кому нужна помощь в этой семье? Мальчику? Да, уже нужна. Он уже отравился неуверенностью и страхом, что у него не получится, он уже немного растерял внутренние ориентиры и желания. Хочется дать ему пространство, в котором он вдохнет полной грудью и расправит крылья. Он ведь на самом деле очень способный!

Но не меньше, а может даже и больше эта помощь нужна родителям. Научится видеть своего сына настоящим, найти в себе силы и смелость отстать от него со своими ожиданиями. Хотя бы на время, хотя бы на несколько месяцев, полгода. Ведь это не нанесет смертельного урона, а мальчику даст уникальный опыт. И… заняться собой, своей жизнью, разобраться со своими ожиданиями от самого себя, со своей тревогой, задуматься о своем внутреннем ребенке, который наверняка в детстве попадал в такую же ловушку завышенных требований от родителей. Это значит – терапия для самого родителя. Очень неожиданная рекомендация для родителей, многих приводящая в недоумение, но часто другого пути для разрешение сложностей у ребенка нет.

Родители приходя на консультацию с ребенком, желают изменить его. Но это тупиковый путь.

Чего чаще всего ждут родители от психолога? Совета как сделать ребенка таким, каким они его хотят видеть. Часто я слышу: «Татьяна, вы поговорите с ним, пожалуйста о том, как он в школе с детьми общается, у него ведь друзей вообще нет». Как будто я какими-то другими, особыми словами пользуюсь и ребенок меня легче поймет, или как будто у меня с ним контакт лучше, чем с родителями. Но тогда ведь надо волноваться за качество ваших отношений?! Правда?

Родители видят в психотерапии для своих детей средство «анормаливания». Но на самом деле психотерапия позволяет стать таким, какой ты есть на самом деле. Это касается и взрослых, и детей. Это единственно значимый и самый ценный результат. Одна мама после цикла сессий отметила, что благодаря совместным семейным занятиям она научилась понимать чувства ребенка, видеть мир его глазами. Она научилась быть рядом с ним, в любом его состоянии и принимать его разным, не думая, что он плохой или хороший. И при этом не игнорировать себя, а привносить в отношения с ребёнком и свои чувства.

Ребенок на занятиях с психологом обретает право и голос говорить! Говорить то, что он думает на самом деле. И это в некотором роде вызов родителям, ведь им придется что-то с этим делать, реагировать на возможно не всегда удобную и ожидаемую информацию

Прошу на встрече маму и сына подростка представить на какой мост похожи их отношения. Мама задумалась на секунду, а мальчик резко начал: «Какой мост, нет никакого моста, поломалось все!!!». Мама оцепенела. А пришли они на консультацию с запросом-жалобой: не старается в школе.

А получается, что сложность не у мальчика. Нет, он, конечно, в школе плохо учится, зарывает в землю свои таланты и это его проблема. Но, состояние ребенка зависит от его отношений со взрослыми! Если он слышит постоянное недовольство в голосе родителя, это считывается как «я не достоин». И ребёнок реагирует на это плохим поведением, вызванным его тревогой и страхом из-за недовольства родителей. А дальше вся семейная система попадает в замкнутый круг: поведение ребенка ухудшается, родители расстроены его поведением, в ответ тревога ребенка возрастает еще сильнее, к проблемам в поведении могут присоединиться еще психосоматические симптомы и т.д.

Из всего этого следует несколько выводов.

Вывод первый: состояние ребенка и его поведение напрямую зависят от его отношений с родителями.

Вывод второй: психолог не сделает ребенка таким каким вы хотите его видеть, он поможет ему стать самим собой, создать более целостный образ себя, приобрести тот самый пресловутый «внутренний стержень», о котором говорят многие родители. И взрослому будет необходимо выстраивать новые отношения с изменившимся ребенком.

Вывод третий: чаще всего эффективная помощь ребенку возможна только в сочетании с психологической поддержкой его родителей (одного или обоих, зависит от разных обстоятельств).